История нашей семьи Анкудиновых неразрывно связана с ключевыми событиями страны: от основания уральских заводов и великих потрясений XX века до послевоенного восстановления и освоения новых земель.

Анатолий Георгиевич Анкудинов собрал информацию о нескольких поколениях: о заводских мастерах из Воткинска, о стойкости деда в годы войны и эвакуации, о послевоенном детстве в Чимкенте и о жизни, построенной на честном труде и любви к семье. Это его рассказ о том, как обычные люди, несмотря на все испытания, сохранили главное — человеческое достоинство и тёплые семейные узы.

История обычной российской семьи Анкудиновых

(составил Анкудинов Анатолий Георгиевич 2010-2012 гг.)

Начало рода (1759-1900 гг.)

Достоверно известно, что наши предки из г. Воткинска. В 1758 г. по инициативе графа Шувалова Петра (умер в 1762 г.) был заложен Воткинский железоделательный (металлургический и металлообрабатывающий) завод в нынешней Удмуртии с призаводским поселением. Завод был запущен в сентябре 1759 г. Первые годы им руководили лично Шувалов, а в 1763 г. завод был передан в государственную казну за долги. С тех пор он государственный. Достоверно известно, что для организации завода были привезены 25 мастеровых с уже работающих Гороблагодатских заводов (располагавшихся в районе Туринска нынешнего Пермского края — Верхотуринского, Кувшинского, Баранчинского). По записи первых мастеровых завода, сделанной в 1797 г., в списке из 160 фамилий значится фамилия Анкудинов (имя и отчество отсутствуют).

Примечание: при этом не ясно, эта запись мастеровых относится к 1759-60 гг. или это вообще первая запись сложившегося к 1797 г. слоя мастеровых (квалифицированных рабочих) завода. Это имеет значение, так как по времени появления работника на заводе можно предположительно определить местность, откуда приехали переселенцы — заводчане и были ли они вольнонаемные, ссыльные, беглые, крепостные из приписанных к заводу деревень и т.д.(источник — сайты « Воткинский завод », «МО г. Воткинск. Официальный сайт» и др.

Возможно, Анкудинов был в числе тех, кто приехал с существующего завода. В списках крепостных семей, приписанных к заводу, фамилия Анкудиновы не значатся. В любом случае с высокой степенью вероятности можно предположить, что мастеровой Анкудинов является предком (или в крайнем случае родственником) семьи Анкудиновых. В городском архиве Воткинска имеются документы о перемещении кадров на заводе, большой объем информации собран местными краеведами (Гаевским Э.И. и др.) и теми, кто нашел там своих предков. Архивы мною не запрашивались. Думаю, что при глубоком исследовании, возможно, будут уточнить время и местность, откуда появился Анкудинов. В царской России перемещение населения было весьма ограничено, а до 1861 г. существовало крепостное право. Если предположить, что с 1800 по 1900 г.(4 поколения работоспособных) семьи Анкудиновых никуда не уезжали и имели по 1-2 сына, которые сохраняли фамилию, то к 1900 г. в Воткинске должно было жить не менее 20 родственных семей Анкудиновых. До настоящего времени в г. Воткинске живет несколько семей (или десятков семей) Анкудиновых. С большой долей вероятности можно предположить, что это наши дальние родственники. Исследователи описывают тяжелую работу и быт в заводском поселке: землянки, позже избы, натуральное хозяйство, огороды, охоту и рыбалку для пропитания и т.д. В 1774 г. по заводу проходил Пугачев.

Как военный завод Воткинск переживал с Россией все катаклизмы и войны, которых было немало. Воткинский завод сегодня – один из крупнейших оборонных предприятий России.

Жизнь деда (1890-1966 гг.)

В начале ХХ века семья Анкудиновых жила в Воткинске и имела 6 детей — 3 дочери: Зинаида; Екатерина; Елена и 3 сына — Андрей (родился в 1890 г. — мой дед), Леонид (1906 – 1988 гг., будущий Герой Социалистического труда, Заслуженный строитель РФ ) Третий сын Николай в период Гражданской войны эмигрировал в США. Анкудиновы работали на Воткинском заводе.

К 1916 г. мой дед Анкудинов Андрей Георгиевич жил или служил в армии в г. Вятка (ныне – Киров, который был тогда губернским центром, которому подчинялся Воткинск), где у него родился сын Анкудинов Георгий Андреевич — мой отец. Никакими сведениями о матери отца — первой жене деда, я не располагаю. Родители говорили, что она умерла, когда отец был маленьким. Вроде бы двоюродная сестра Татьяна видела документ, из которого следует, что дед служил в царской (белой ?) армии офицером. В 1921 г. в г. Ельце был зарегистрирован второй брак деда с Зальцман Марией Карловной, уроженкой Ельца. В 1924 г. у них родился сын Кирилл. К 1932 г. семья переехала в г. Воронеж, где дед работал на машиностроительном заводе прессов им. Калинина, а отец закончил Институт пищевой промышленности (существует и поныне). Мотивы переезда семьи деда в Вятку, Богородск, Елец, Мичуринск а затем в Воронеж неизвестны.

В связи с военными действиями в Великой отечественной войне осенью 1941 г. в составе большой группы специалистов вместе с Воронежским заводом прессов-автоматов дед с семьёй был эвакуирован в тыл, г. Чимкент, где он с семьей жил и работал до конца своих дней в 1966 г.

Естественно, что демонтаж оборудования, переезд с семьями, устройство на новом месте, монтаж станков на пустой площадке, производство техники, быт, ежедневная работа — всё было непростым. Коллектив свинцового завода ( новая площадка завода прессов- автоматов была в 1 км. от свинцового завода) оказал помощь эвакуированному из Воронежа заводу прессов — автоматов, поделившись с ним жильем и производственными помещениями, помог в монтаже оборудования для выпуска необходимой стране и фронту техники (информация из истории свинцового завода). Других подробностей этих событий нет. Серьезный процветающий завод прессов- автоматов (ЧЗПА) в 2003 г. обанкротился, его архивы не сохранились. После освобождения Воронежа часть завода и эвакуированных специалистов вернулись назад и завод восстановили на прежнем месте. Дед остался работать на заводе в Чимкенте. Его сыновья Георгий (мой отец) и Кирилл от второго брака, после возвращения с войны с семьями приехали к деду и также проживали г. Чимкенте (оба уже умерли). У Георгия родилось 3 детей – Валентин(1946), Анатолий(1953), Маргарита(1954), у Кирилла – дочь Татьяна (1952). Дед работал сначала на ЧЗПА, с которым эвакуировался, а затем перешел работать на Чимкентский свинцовый завод, благо поселок , в котором жили семьи, располагался между заводами.

С дедом я общался мало. Он все время работал. С момента, когда я стал помнить, дед с женой и семьей Кирилла проживали вместе в 2-х комнатной квартире со всеми удобствами (что тогда было редкостью) по ул. Гагарина, через дом от нас. Когда обе поселковые бани не работали, мы мылись у них. Самые тяжелые послевоенные годы были уже позади, но жили все равно трудно и бедно. 2-я жена у деда Мария Карловна не работала, а вела хозяйство. У мужчин между собой были замечательные отношения, а у женщин не очень. Кроме работы дед занимался продовольствием, разводил то кур, то кроликов в придворовом сарае, где у них было помещение. Это было не просто, так как в заводском поселке не было избытка травы, животных надо было кормить и ухаживать. Дед иногда звал меня помогать, но у меня интерес к животноводству не проявился. Семьи наши были интеллигентными, дед был инженером-механиком. Работал он в основных цехах заводов и его ценили. В семьях было довольно много книг. Жили они впятером чуть «богаче» нашей семьи (работающих было больше, а ребенок один), но машины не было. Кирилл на фронте заболел туберкулезом, лечился и последние годы жил в Крыму, в Симеизе.

По единодушному признанию нас, внуков, дед не был простым человеком. После воткинского и свинцового заводов здоровья у него (и не у кого из нас) не было. Он был очень скромным, рабочей косточкой, я никогда не видел его пьяным, он не курил, имел спокойный выдержанный характер в отличии от отца, я не слышал чтобы он кричал или громко разговаривал. Он был строгим, и я его побаивался. У него не было навыка возиться с маленькими детьми, со мной он разговаривал как с равным, без сюсюканей. Если он брал меня гулять или по делам родители говорили — слушайся хорошо и ничего не проси, хотя я был дисциплинированным и не попрошайкой. На похоронах деда в 1966 г я единственный раз видел, как плакал отец. В 1970 г меня 17-летнего топографа послали в свинцовский поселок сделать небольшую съемку. Главный маркшейдер свинцового завода, как только выяснил что я внук Андрея Георгиевича, все мне мгновенно решил и так хорошо отозвался о деде, что я это запомнил на всю жизнь.

В ХХ веке именно деду пришлось принимать все жизненно важные решения для своей и нашей семьи: переезд в Воронеж, эвакуация, поселение в Казахстане, работа на свинцовом заводе. Кадровый рабочий, сам в эвакуации, но бывший белогвардейский офицер, брат — эмигрант, жена немка, — в сталинские времена вопросы были. Дед сохранил семью, оба сына воевали на фронте, после войны обоим помог подняться, вырастить детей, поддерживал связь с родственниками.

Его сестры — Зинаида ( Галанина Зинаида Георгиевна, позже проживала Нижнем Новгороде, ул. Чкалова 7 кв. 81); Екатерина (предположительно жила и умерла в Нижнем Новгороде в 1985 г. ); Анкудинова Елена Георгиевна (жила в г. Челябинске, проспект Ленина 34 кв. 63) — несколько раз приезжала к нам в Чимкент, оставила о себе хорошую память. Брат Леонид Георгиевич (родился в 1906 г. будущий Герой Социалистического труда, Заслуженный строитель СССР – информация о нем есть в Интернете, Википедии и т.д.) с удовольствием меня неоднократно принимал в Москве, говорил «вылитый Андрей».

Его единственная дочь Ада умерла в Москве (ул. Бутлерова 4 корпус 2 кв. 55) при неизвестных нам обстоятельствах приблизительно в 1995 г. Брат деда Николай, как говорили в родне, эмигрировал в Америку, он и его дочь Галина жили и умерли в США.

Родители (1916-1946 гг.)

Отец

Отец родился в 1916 г. в Вятке, до 1918 г. жил в семье, 1918-1921 гг. в приюте

г. Богородска Московской области, в 1925-1932 гг. учился в ФЗС в Ельце, в 1932-33 г. учился в ФЗУ г. Мичуринска, в 1933-34 г. работал чертежником на заводе в Воронеже. С 1935 по 1940 закончил химико-технологический институт пищевой промышленности (существует и поныне). После окончания работал гл. инженером Майкопского ликёро-водочного завода до призыва в армию в октябре 1940 г. В 1941 г. отец сразу попал на фронт, прошел всю войну, дважды был ранен и контужен, победу встретил в г. Вена (Австрия), демобилизовался в 1946 г. с Дальнего Востока. Про войну рассказывать не любил (как выходили из окружения по проводу связи раненые по болотам; кто в Югославии в кого стрелял, какие были бомбежки и т. д.- все неохотно).

Награжден Медалью «За боевые заслуги» и грамотой Маршала СССР И.С. Конева.

С матерью отец познакомился в г. Иваново, в 1943 г., когда был комендантом Вокзального района города.

Мать

Мать Дугина Зинаида Григорьевна, родилась в г. Иваново в 1917 г. Отец — Дугин Григорий Николаевич, 1890 г. р, умер в 1938 г. Мать Дугина (Охапкина) Александра Борисовна 1890 г.р., умерла в 1921 г. в деревне Старково Раменского района Московской области (7 км. от г. Раменского). Там мать воспитывалась у родственников — тети Кати Данилиной ул. Рыбхозная 7. Чем занимались родители неизвестно. У матери был старший брат Василий ( позже жил в Днепропетровске) и старшая сестра Мария (работала ткачихой в Иваново). В окрестных деревнях Раменского района и в Иваново у матери имеется много родни по линии матери и отца. Связь с ними утеряна. В 1929-32 гг. мать обучалась в Ивановской фабрично-заводской школе №1. В 1935-42 гг. работала бухгалтером в областной конторе Госбанка. В апреле 1942 г по комсомольскому призыву добровольцем была мобилизована в армию (РККА), где служила в 745 зенитном артиллерийском полку, 55 зенитно-артиллеристской дивизии расчетчиком батареи, затем писарем-старшим сержантом. Эти воинские части дислоцировалась в Подмосковье. Была демобилизована из армии 9 мая 1945 г. Их артиллерийский расчет в этот день давал салют с Тушинского поля в Москве.

Брак между отцом и матерью зарегистрирован 14.03.1946 г. в Ивановском городском загсе.

Чимкент (1946-1966 гг.)

Поскольку у обоих после демобилизации ничего не было, зарегистрировавшись родители поехали жить в Чимкент, где остался жить и работать после эвакуации дед. Мать вспоминала, что в бараке, в котором они жили, ночью, когда зажигали свет, по стенам бегали скорпионы и другие насекомые и отец их снимал. В 1946 г. родился Валентин. В 1949 и 51 г. двое детей не выжили. В 1953 г. родился я, в 1954 г.- Маргарита.

Отец работал преподавателем черчения и начертательной геометрии в техникумах, КазХТИ, ПТУ №33. Мать работала бухгалтером в свинцовской больнице, была на очень хорошем счету и, по сути, без образования дослужилась до главного бухгалтера медобъединения. Для этого ей в 50 лет пришлось закончить курсы бухгалтеров. Она много раз поощрялась, была награждена как минимум 6 медалями за войну и труд. Зарплата у родителей была маленькая и жили мы бедно, родители с трудом тянули детей.

Постепенно улучшались жилищные условия. Жили в 2-этажных домах по ул. Орджоникидзе в «Тканях», затем напротив детской больницы. На моей памяти до 1966 г. жили на 2-м этаже в 3-х комнатной квартире бывшего общежития летного училища по ул. Гагарина 33.

Отец очень гордился что смог выбить и выбрать эту квартиру. Комнаты действительно были теплые, очень просторные (80 кв. м) и светлые — 3 больших окна на юг и одно на восток. Удобств не было. Вода была во дворе 100 метров, помойка -100 метров (носить воду и выносить ведро была моя обязанность), уборная 200 метров. Перед нашим вселением в квартире сделали центральное отопление, но отец не разрешил ломать дровяную кирпичную печку, и мы иногда на ней готовили. В этом бараке в комнатах вдоль сквозного длинного (метров 60) коридора жили примерно 50 семей, был большой огороженный двор. У нас был большой сарай во дворе. Мать ещё ухитрялась на крохотном палисаднике перед ним выращивать цветы, например красивейшие георгины. В сарае отец вырыл погреб, где в зиму хранили картошку. Когда ёё перебирали, я боялся там жуков. Одно время содержали десяток кур, которые открыто гуляли во дворе. Когда одна курица умерла, мать сильно расстроилась и чуть не плакала. Жили все скудно. Помню, в мясном магазине свободно можно было купить только морских звезд, в молочном — очереди за сливочным маслом (когда оно было — по 200 грамм на человека), и длиннющие очереди за хлебом во времена Хрущева. На весь двор не было не одной машины, первые телевизоры и холодильники появились в начале 60-х годов и не у нас. Отец с Валентином поздно вечером слушали по радио «Балтика» западные радиостанции и Китай. Контингент был пестрый, среди них много фронтовиков. Рядом совершенно замкнуто жили старые супруги Чижовы без детей, пострадавшие от сталинских репрессий, он знал множество языков. Напротив жила хорошая во всех отношениях семья Пашковых с двумя детьми Ниной и Вовкой, и мы дружили. Мужики выпивали, шумели, но никого не обижали, и шпана детей не донимала. Не помню случаев воровства. Ключи оставляли под ковриком. По выходным в коридоре собиралось человек 20-30 играть в лото по 1 копейке. Наши родители участия в игре не принимали. На пасху все пекли куличи в русской печи, построенной мужиками прямо посередине двора. В друзьях у отца ходили художник, регулярно рисующий карикатуры для столичного «Крокодила», учитель физкультуры и другие интеллигентные любители попить пивка. Говорил, что пить спирт научился на фронте, и имел немного вспыльчивый характер. Отец старался где-то подработать, лозунг написать, плакаты порисовать и т.д. Регулярно ездил со студентами на хлопок, был легким на подъем и, по-видимому, любил сменить обстановку. Отец был трудолюбивым, работоспособным, много делал для семьи. Например, он стирал грязное белье на машинке, отжимал и полоскал вручную, а студенты с чертежами ждали в коридоре. Поскольку стирка обычно проводилась в выходные и занимала почти полдня, для нас с сестрой был это замечательный момент пообщаться и повозиться вместе с родителями, пока машинка крутила. Я до сих пор помню, что с одного раза из машинки сливалось 2,5 ведра воды.

Семья была не религиозная. Родители, сами крещеные, нас при рождении не крестили. Родителями нам строго-настрого было запрещено ходить в церковь, почему- они не объясняли.

Детство

Детство было счастливым и бесшабашным. Родители постоянно пропадали на работе, а мы шаманялись в округе. Нам с Ритой (Валентин был старше) не разрешали уходить далеко, отец постоянно объяснял про безопасность и ругал. Но я был любопытный, хорошо знал практически весь поселок площадью не меньше 1 квадратного километра, все улицы и дворы. Были приключения опасные. Как-то мы с Вовкой ушли на Комсомольское озеро за 3-5 км. в степь через чеченский поселок, стемнело, и нам просто повезло, когда нас подбросили в город свинцовики на случайной машине.

В поселке было масса интересного: рощи, стадион, бомбоубежище с которого мы катались на санках, 3 клуба-кинотеатра, Дворец Культуры металлургов, 2 парка, речка Качкар-Ата с купалкой, родник с водозабором и речкой Карасу, мамина больница, конюшня, питомник, пожарная яма и т.д. На наших глазах рос поселок: строились здания в нашей школе № 5, в больнице, АТС, библиотека, трибуны стадиона, детсад, домовая кухня, цеха на заводах, ателье, училище №33, магазин Детский мир, асфальтировалась наша ул. Гагарина и др. Кузница под нашим окном постепенно выросла в механический завод. Отец многолетними хождениями добился, чтобы нашей семье выделили благоустроенную 3-х квартиру в возводимых тогда панельных домах. Впоследствии наш дом оказался в центре города Чимкента на проспекте Ленина. Мы с Ритой перешли на учебу сначала в школу №20, а затем в новую 15 школу.

Город был многонациональный. Узбеки жили в основном компактно, а остальные вперемежку. Никаких национальных проблем не было. Казахских семей в нашем окружении практически не было. На казахском языке, (который мы изучали в школе до 5 класса, он был несерьезным предметом, оторванным от жизни), никто не разговаривал.

ВУЗ. Работа. Дети (1970-1990)

Отец в 1967 г. уехал работать преподавателем в институт в г. Ермак, где ему выделили квартиру, и он постепенно оторвался от семьи.

К 1966 г., когда мы въехали в новую квартиру, брат Валентин уже закончил политехникум и был самостоятельным человеком. Вскоре он уехал женится в г.Кзыл-Орду и в Чимкент больше не вернулся. Потом молодые (жена – Светлана) перебрались в г.Ермак, где работали на заводе ферросплавов и учились в местном вечернем институте. В 1970 г. у них родился сын Игорь. Позже Валентин переехал в г. Павлодар, работал в электрических сетях и до 2000 г. на Павлодарском НПЗ. Он женился второй раз (жена – Торношенко Людмила), и у него родился сын Валентин.

Поскольку денег в семье не хватало, я не закончив школу, окончил курсы пошел работать топографом. В 1970 г. заочно сдал экзамены за курс средней школы, и еще ухитрился закончить первый курс театральной студии при Чимкентском Драмтеатре и сразу поступил на дневное отделение Павлодарского индустриального института. Проучившись 2 курса вернулся в Чимкент и закончил в 1975 г. строительный факультет КазХТИ. Женился в 1974 г. на Дубининой Вере Кузьминичне.

После окончания института нас распределили в г. Алма-Ату. Жену на железную дорогу, а я начинал в Главалмаатастрое мастером, затем в проектном институте, УКСе горисполкома, партийных органах, Госстрое Казахстана заместителем начальника Главстройпроекта.

Маргарита после окончания школы в 1972 г. окончила строительный факультет КазХТИ в 1977 г. Работала в Чимкенте в проектном институте, СМУ строительного треста. В 1980 г у неё родилась двойня –Станислав и Владислав.

Мать все эти годы тянула, а потом помогала нам. В 1974 г. в год рождения моей дочери Наташи мы жили в Чимкентской квартире вчетвером на одну пенсию и 3 стипендии. Сын Андрей родился уже в Алма-Ате в 1979 г., на жизнь тогда уже хватало.

Двоюродная сестра Татьяна после окончания института народного хозяйства вышла замуж и уехала жить в г.Николаев, на Украину. У неё родилась дочь.

Астрахань (1990-2012 гг.)

В 1989 г. мы с женой и двумя детьми в связи с начинавшимися дезинтеграционными процессами в СССР переехали из Алма-Аты в РФ, в Астрахань. В 1993 г. в Астрахань из Чимкента перебралась Маргарита с детьми. В 2000 г. Валентин с семьей переехал в Санкт-Петербург. Все наши дети получили высшее образование, закончили Вузы. Наталья стала юристом, Андрей — программистом, Станислав и Владислав – инженерами, Валентин младший — экономистом. Маму похоронили в Астрахани в 2002 г. Она очень любила отца и нас, до конца осталась верна своему долгу и все что могла, прежде всего свою любовь, отдала детям и внукам.

История нашей семьи неотделима от истории России. Все основные исторические события — революции, войны, не сытые годы, рост промышленности — отразились на нашей судьбе. Каждому поколению достались свои проблемы, а то и беды. Радость мы питали не в богатстве, а в любви, в беззаботном детстве и молодости, в детях, в больших и малых хороших новостях. В нашей семье учили жить честной жизнью. Наша жизнь была счастливой потому, что мы сами сделали ёё такой.